Дню космонавтики.
Тут ведь день космонавтики был, ахха.
И вспомнилась мне тут в приватной беседе одна история. Произошла она в городе Ленинске, на Байконуре, который дед мой строил, а отец мой на котором служил. Вот с отцом эта история и произошла.
Год стоял 70-й. Город Ленинск был городом суперрежимным и поезда с вокзала ходили военные раз в трое суток.
У отца был друг Валерий Кудрявцев. Отдельная история. Кстати, если его дети вдруг это прочитают - радости отцов меры не будет.
И у Валерия этого была аппаратура "Эстония". Матерый такой стереоагрегат.
Итак: раннее казахстанское утро, и на вокзал чешет себе строй солдатиков с двумя-тремя офицерами. И поезд у них в 8 утра. Под домом, в котором жили мой папа и Валера, проходят они в 7:50. И вдруг, из усилителя "Эстония" несется во всю дурь прдварительно записанный клич: "В МОСКВЕ 8 УТРА!".
Двое офицеров в ужасе смотрят на часы и... "ЁЁЁЁЁЁ!!!!!"
Бегут все и вещмешки за спинами прыгают.
Весело жили!
И вспомнилась мне тут в приватной беседе одна история. Произошла она в городе Ленинске, на Байконуре, который дед мой строил, а отец мой на котором служил. Вот с отцом эта история и произошла.
Год стоял 70-й. Город Ленинск был городом суперрежимным и поезда с вокзала ходили военные раз в трое суток.
У отца был друг Валерий Кудрявцев. Отдельная история. Кстати, если его дети вдруг это прочитают - радости отцов меры не будет.
И у Валерия этого была аппаратура "Эстония". Матерый такой стереоагрегат.
Итак: раннее казахстанское утро, и на вокзал чешет себе строй солдатиков с двумя-тремя офицерами. И поезд у них в 8 утра. Под домом, в котором жили мой папа и Валера, проходят они в 7:50. И вдруг, из усилителя "Эстония" несется во всю дурь прдварительно записанный клич: "В МОСКВЕ 8 УТРА!".
Двое офицеров в ужасе смотрят на часы и... "ЁЁЁЁЁЁ!!!!!"
Бегут все и вещмешки за спинами прыгают.
Весело жили!